«Садизм с человеческим лицом»

В Иркутском областном суде на этой неделе прошли прения по уголовному делу о пытках в ангарской колонии. На скамье подсудимых — бывшее руководство и сотрудники ИК-15: экс-начальник ИК Сергей Шведков и его подчиненные — Артем Ермаков, Сергей Юрин и Евгений Тараканов. Изначально им вменяли превышение должностных полномочий, повлекшее смерть человека, но позже формулировку обвинения смягчили и изменили на халатность, из-за которой погиб осужденный Николай Шайхутдинов. Прокурор озвучил сроки для обвиняемых: по 4 года 6 месяцев колонии-поселения для Шведкова, Ермакова и Юрина, 3 года и 6 месяцев — Тараканову.

В феврале 2023 года Николай Шайхутдинов оказался в ИК-15 за кражу велосипеда и телефона. Его перевели в карантинную зону, куда, несмотря на запрет, подсадили «активистов» — других осужденных, сотрудничавших с администрацией. Один из них, Анатолий Макагонов, избил Шайхутдинова, после чего мужчина впал в кому и умер в больнице, не приходя в сознание. Макагонов получил год колонии строгого режима и рассказал в суде, что по указанию сотрудников ФСИН «объяснял новичкам необходимость соблюдать требования режима» и добывал информацию о запрещенных предметах.

Прокурор заявил в ходе прений по делу экс-сотрудников ИК-15, что обвиняемые ненадлежащим образом исполняли свои служебные обязанности, не пресекли незаконное содержание Макагонова в карантинном отделении, оставили отделение без надлежащего надзора. Это повлекло совершение преступления против Шайхутдинова.

Судья Иркутского областного суда Наталья Пермякова, которая рассматривает дело, ранее вызывала на опрос заместителя начальника областного ГУФСИН Андрея Ладана и члена Совета по правам человека при президенте РФ Еву Меркачёву. Ладан открестился от связи с Макагоновым и заявил, что о насилии в ИК-15 осужденные не сообщали.

Меркачёва категорично сказала, что в колониях до сих пор есть так называемые «разработчики» или «активисты». Сам факт их существования незаконен. Все осужденные в тюрьмах равны перед законом. Ни одному из них не дано право командовать другими, применять к ним силу или психологическое давление. Эта система изначально не просто аморальна, она противозаконная, противогосударственная, заявила член СПЧ.

«Предмет опроса Меркачёвой был не подтвердить пытки, а подтвердить что ей звонил и писал Макагонов и лично  рассказывал ей про пытки, которые он сам исполнял в отношении других под руководством администрации колонии», — подчеркнул в разговоре с «Людьми Байкала» Петр Курьянов, представитель сестры Шайхутдинова Марии Назаровой, которая признана потерпевшей.

Всего в ходе судебного процесса допросили около 20 человек. Осужденные, выступавшие по видеосвязи, массово отказались от прежних показаний, заявив, что «никто никого не бил», а следователь якобы заставлял оговаривать «честных сотрудников ФСИН». На суде над фсиновцами от своих показаний также отказался Макагонов. Не подтвердил свои прежние показания и бывший сотрудник колонии Евгений Тараканов. Он во время следствия по делу о гибели Шайхутдинова говорил проорганизованные в колонии пытки. По его словам, региональная ФСИН решила сделать ИК-15 «карательной колонией» для «перевоспитания» заключенных.

Туда свозили неугодных, а специально подобранные осуждённые избивали, истязали и ломали их психологически, добиваясь полной покорности администрации. Однако позднее на суде Тараканов воспользовался ст. 51 Конституции РФ, которая гарантирует право человека не свидетельствовать против себя. Потом показания, данные следователю, бывший сотрудник ИК-15 не подтвердил.

Судья Наталья Пермякова, как считает Петр Курьянов, отказалась вызывать и оглашать показания трех секретных свидетелей. Они рассказывали следствию, что высокопоставленный сотрудник ГУФСИН лично курировал систему «разработчиков» в карантине ИК-15, поручил Шведкову, Юрину и Ермакову следить за «активистами» и сам по выходным давал им указания. По словам свидетелей, он прямо приказывал Макагонову избивать новичков и угрожал осужденному расправой в случае отказа. «Их показания были очень важны для всего этого дела», — подчеркивает правозащитник.

Петр Курьянов также отмечает, что время прений «обвиняемые со своими защитниками всю вину валили на Тараканова».

«Больше всего меня беспокоит, что Пермякова осудит только Тараканова, а остальных оправдает. Как будто Тараканов и виноват в халатности, по которой погиб Шайхутдинов. Мои опасения подтверждает оговорка судьи.  Когда она дала слово Тараканову, то уже назвала его осужденным. Обычно так бывает, когда судья уже в своей голове назначила его таковым. Никого других кроме Тараканова она ни разу не называла — осужденный. Такой вот садизм с человеческим лицом», — заявил «Людям Байкала» представитель потерпевшей стороны.

Мария Назарова, сестра погибшего Шайхутдинова, в прениях просила смягчить наказание Тараканову: «Он человек случайный, был замначальника по тылу. Его дело — столовая и склады. Он оказался попросту в ненужное время в ненужном месте».

Представитель потерпевшей Елены Шестаковой Илья Сидоров высказался, что обвиняемые сотрудники ИК-15 действовали группой лиц по предварительному сговору. Это подтверждают все исследованные в суде доказательства. Кроме того, эти обстоятельства позволяют переквалифицировать преступление, совершенное экс-сотрудниками колонии, на более тяжкое.

Напомним, что уголовное дело против экс-сотрудников колонии поступило в Иркутской областной суд в декабре 2024 года, первое предварительное заседание состоялось в марте 2025-го. Приговор судья, как ожидается, вынесет в начале декабря 2025 года.

ВИДЕО https://t.me/Merkacheva/3971 – показания Тараканова

Источник: ЛБ